![Елена Фролова Елена Фролова](/storage/images/9/e/0/7/9e07ff00e3797b20f0d9ba031aa2e05a.jpg)
Елена Фролова
Даты:
2 ноября 2023 — 20:00
29 декабря 2023 — 20:00
31 марта 2024 — 15:00
Место: Гнездо глухаря
Адрес: Москва, Цветной бул., 30
Возрастное ограничение: 6+
Участники
Мероприятие прошло
Песни на стихи русских поэтов, авторские композиции о музыке и любви. В исполнении Елены Фроловой русская поэзия зазвучала по-новому. Песня это более доступный жанр, чем чистые стихи, после я жадно перечитывала Цветаеву и думала, ну почему я не слышала так раньше? Она открыла мне заново не только Цветаеву, но и многих других поэтов — Бродского, Софью Парнок, Мандельштама. И это я ещё не всех успела послушать.У неё удивительный редкий дар слышать «музыку стиха», её интерпретации изумительны, даже сложные неритмичные тексты наполняются гармонией и обретают уже другую жизнь. Также она сама сочиняет стихи.
Мы живём в век унижения поэзии. Ей всегда приходилось несладко, во все эпохи общество заботилось о том, чтобы поэт не переедал. Бывали времена, когда писать стихи — даже в стол — становилось довольно рискованным занятием. Отношение мира к поэзии сегодня можно сформулировать одним словом: равнодушие. Поэт перестал быть фигурой общественной. На Западе это случилось уже давно, Бродский очевидно был последним исключением. Но даже и в России, всегда являвшейся другой стороной Луны, отдушиной, убежищем для духовности и искусства, даже здесь поэт в лучшем случае обречен развлекать. Бессмысленно стонать о кризисе культуры. Сколько живу, она всегда в кризисе. Умер Бродский, последний Поэт. Умер Окуджава, последний Бард. Умер Шнитке. Западных имен просто не приходит на ум. Впрочем, нет, имя одного из недавно ушедших могикан всё же вспомнилось: Феллини.
Но всегда во всем есть исключения.
Очень просто расхвалить её до небес. В самом деле, талант удивительный. Голос, владение гитарой, стихи, личность. Она очень русская, но открыта мировой культуре. Она религиозный человек, но открыта искусству. Она человек дела, последовательно и мощно реализующийся, у неё лёгкая рука. Её проекты, её друзья — всё живое, настоящее. Она состоялась. Она победительна. Нужно быть очень глухим или очень самовлюбленным, чтобы не услышать её. Она культурна в самом истинном смысле этого слова. Она дышит культурой, русской поэзией, музыкой, и то культура прямого действия, что ли. Непосредственно из личности, из дыхания. Это не мозг — душа.
Поэзия, выпущенная, возвращенная в наш мир Еленой Фроловой, это прежде всего Серебряный век, а из поэтов этого круга — Цветаева. Попытаюсь сформулировать важнейшее в работе Фроловой с поэтическим текстом. Впрочем, труд души — работа ли это? Скорее, освобождение текста. Так выпускают птицу в небо. Никуда не уйти от уже банальных сравнений Лены с птицей. Её песен с птичьими песнями. Впрочем, банальное потому таковым и является, что оно верно.
Быть адекватным уровню стихов Цветаевой, Мандельштама, Кузьмина, Бродского. Ничего себе — задачка. Скажу, как могу: не музыку свою Лена пишет на чьи-то (не чьи-то! — Цветаевой, Мандельштама) стихи. То, что происходит в ней и как это происходит — не нам судить. А только возникает чувство, что совершается нечто большее, особенно явственно это в её цветаевских циклах. Это не пение на стихи. Это мистика, воскрешение, прямой диалог, возвращение души автора для разговора с нами.
Мы живём в век унижения поэзии. Ей всегда приходилось несладко, во все эпохи общество заботилось о том, чтобы поэт не переедал. Бывали времена, когда писать стихи — даже в стол — становилось довольно рискованным занятием. Отношение мира к поэзии сегодня можно сформулировать одним словом: равнодушие. Поэт перестал быть фигурой общественной. На Западе это случилось уже давно, Бродский очевидно был последним исключением. Но даже и в России, всегда являвшейся другой стороной Луны, отдушиной, убежищем для духовности и искусства, даже здесь поэт в лучшем случае обречен развлекать. Бессмысленно стонать о кризисе культуры. Сколько живу, она всегда в кризисе. Умер Бродский, последний Поэт. Умер Окуджава, последний Бард. Умер Шнитке. Западных имен просто не приходит на ум. Впрочем, нет, имя одного из недавно ушедших могикан всё же вспомнилось: Феллини.
Но всегда во всем есть исключения.
Очень просто расхвалить её до небес. В самом деле, талант удивительный. Голос, владение гитарой, стихи, личность. Она очень русская, но открыта мировой культуре. Она религиозный человек, но открыта искусству. Она человек дела, последовательно и мощно реализующийся, у неё лёгкая рука. Её проекты, её друзья — всё живое, настоящее. Она состоялась. Она победительна. Нужно быть очень глухим или очень самовлюбленным, чтобы не услышать её. Она культурна в самом истинном смысле этого слова. Она дышит культурой, русской поэзией, музыкой, и то культура прямого действия, что ли. Непосредственно из личности, из дыхания. Это не мозг — душа.
Поэзия, выпущенная, возвращенная в наш мир Еленой Фроловой, это прежде всего Серебряный век, а из поэтов этого круга — Цветаева. Попытаюсь сформулировать важнейшее в работе Фроловой с поэтическим текстом. Впрочем, труд души — работа ли это? Скорее, освобождение текста. Так выпускают птицу в небо. Никуда не уйти от уже банальных сравнений Лены с птицей. Её песен с птичьими песнями. Впрочем, банальное потому таковым и является, что оно верно.
Быть адекватным уровню стихов Цветаевой, Мандельштама, Кузьмина, Бродского. Ничего себе — задачка. Скажу, как могу: не музыку свою Лена пишет на чьи-то (не чьи-то! — Цветаевой, Мандельштама) стихи. То, что происходит в ней и как это происходит — не нам судить. А только возникает чувство, что совершается нечто большее, особенно явственно это в её цветаевских циклах. Это не пение на стихи. Это мистика, воскрешение, прямой диалог, возвращение души автора для разговора с нами.